Единственный взгляд на "вне" остался в памяти Дьюка неизгладимо. Огонь, идущий из-под темной воды! А вода громко клокотала - именно этот звук был слышен повсюду - и пар в воздухе стоял такой густой, что люди казались неясными тенями на фоне рдеющего огня. Отовсюду доносились крики, и Дьюк потесней прижался к Элли. Высоко в воздух над островом, словно ракеты, взлетали горящие головешки. Дьюк этого не видел, но слышал, как огонь из морских глубин крушит и уничтожает тело острова.

"Почему вода горит?" Эти свистослова он знал, но Элли их не поняла бы.

Плот под Элли резко качнулся, и она упала под топочущие ноги. Дьюк шлепнулся на нее, даже не коснувшись горящей палубы. Элли ругалась и кричала. Многие люди рядом падали. Дьюк почувствовал, как Элли погружается в тающую биомассу палубы. Сначала женщина боролась, билась, как пойманная мури, которую мама однажды дала Дьюку подержать, перед тем как сварила. Потом Элли обессилела и глухо застонала. Дьюк, все еще обнимавший ее за шею, почувствовал жар горячего месива и отдернул руки. Элли завопила. Дьюк попытался встать, но не сумел - слишком уж тесной была давка. Он чувствовал, как волосы на затылке встают дыбом. Из его носа вырвался вопросительный свист - но ответа не было.

Палуба вновь содрогнулась, и на Дьюка покатились тела. Он чувствовал прикосновения горячей кожи, порой жарко мокрой. Элли судорожно вздохнула. Воздух сделался другим. Крики "О нет! О нет!" смолкли. Люди начали кашлять. Дьюк тоже закашлялся, давясь густой горячей пылью.

- Ваата у меня, - прохрипел кто-то. - Помогите мне. Мы должны ее спасти.

Дьюк почувствовал, что Элли не шевелится. И не стонет. Он не слышал ее дыхания и не ощущал движения груди. Дьюк открыл рот и произнес два слова, которые знал лучше всего:

- Ма. Горит. Ма. Ма.

- Кто это? - спросил кто-то совсем рядом.